Когда он сел в тюрьму, его жертва еще не родилась. Мужчина, отсидевший 20 лет за жуткие преступления, вышел на свободу и через месяц изнасиловал и убил 12-летнюю девочку в Кемерове. Что происходит в том самом районе, где нашли тело ребенка – в материале VSE42.RU.
– Его людям отдать надо…
– Да мало ему тюрьмы.
– Таких вообще выпускать нельзя…
– Это зверь, а не человек ...
В маленьком магазине за прилавком продавца от покупателей отделяет старая металлическая решетка. В тесном помещении едва расходятся несколько человек, но говорить тише никто не пытается.
За последние дни здесь, кажется, разучились обсуждать что-то другое. В головах людей – только дикое убийство 12-летней девочки, найденное на кладбище изувеченное тело, мучительные часы поисков. И жуткий страх за собственных детей.
– Уже который день все только про девочку говорят, – тихо произносит продавец, когда покупатели выходят на улицу.
Она ненадолго задумывается.
– В десять сорок пять телефон уже отключился...
Эту фразу в Кировском сегодня вспоминают почти так же часто, как имя погибшей школьницы. В магазине, на остановке, возле домов люди снова и снова возвращаются именно к этому времени. Не к вечеру. Не к ночи. К утру. Именно это жители до сих пор не могут принять.
25 июня 12-летняя девочка вышла из дома около десяти часов утра и не вернулась. Ориентировка на без вести пропавшую, с фотографией худенькой хрупкой девочки за считанные часы облетела все соцсети, за судьбу ребенка переживал весь Кузбасс. Позже следователи подтвердили – девочка домой не вернется, ребенок погиб.
Многие задавались вопросом – как же так, почему ориентировка появилась не в день пропажи, но жители той части Кировского, где жила погибшая, говорят – девочку стали искать практически сразу. Продавец местного магазина вспоминает еще один разговор, который теперь не выходит у нее из головы – утром в магазин заглянула испуганная женщина с фотографией ребенка.
– Уже потом поняла, что это была мама. Она показала фотографию, спрашивала, не видела ли я девочку. Может, заходила за водой. Я ответила честно: если бы и заходила, наверное, не запомнила бы. Обычный ребенок.
Многие живут здесь десятилетиями и знают соседей если не по именам, то в лицо. И тем ужаснее кажется то, что произошло.
– У самой дочь пятнадцати лет, – продолжает женщина. – Сразу сказала ей и подружкам: по одной больше никуда не ходить.
Пока мы разговариваем, дверь магазина открывается снова.
– Самое страшное, что утром всё случилось, – говорит одна из покупательниц, услышав тему разговора. – Не ночью ведь. Не где-то за городом. Утром.
Ей сразу отвечают:
– Теперь детей одних не отпускаем.
За несколько минут возле кассы никто не заговорил ни о погоде, ни о ценах. Все разговоры снова возвращаются к одному.
Та часть Кировского района Кемерова, где всё случилось – не из глухих. Улицу то и дело накрывает звон проходящего трамвая. Именно здесь – на остановке, не в глухом переулке, не на пустыре, по некоторым данным, две судьбы, – девочки и очень взрослого мужчины – по страшному стечению обстоятельств пересеклись.
Жаркий летний день в разгаре, у детей каникулы, у взрослых – рабочие будни. За деревянными заборами цветут палисадники, где-то лают собаки. Возле супермаркета останавливаются машины. На остановке люди ждут транспорт. По обе стороны трамвайной линии жилые частные дома.
Наверняка, и в то утро здесь было многолюдно. Почему никто не обратил внимание? Не видели? Побоялись вмешиваться? В Сети пишут – какого-то мужчину в темном все же видели возле маленькой кемеровчанки незадолго до её пропажи. И от этого вопросов ещё больше, и не только у нас.
– Раньше спокойно могла отправить дочь в магазин, – рассказывает местная жительница. – Сейчас уже нет. Только вместе с кем-то.
Местные жители мучительно переживали часы поисков пропавшего ребенка. Одна женщина признается, что впервые узнала о пропаже из родительского чата. Ее сын – ровесник погибшей девочки.
– Все переживали. Сначала писали одно, потом другое. Кто-то говорил, что нашли живой. Потом – что нет. Уже не понимали, чему верить.
По ее словам, сын даже ездил на самокате посмотреть, где работают следователи.
– Весь район тогда только об этом и говорил.
Почти каждый вспоминает какую-то свою версию тех дней: о неизвестной машине, пропавшем телефоне, разных версиях знакомства девочки с преступником. Но пока это лишь слухи – не более. Сегодня почти каждый собеседник заканчивает разговор одинаково:
– Лучше дождаться того, что скажет следствие.
Совсем недалеко от оживленной улицы, за кустами и деревьями – кладбище, где несколько дней назад до позднего вечера работали сотрудники правоохранительных органов. Именно здесь завершились поиски пропавшей девочки, и именно сюда несколько дней назад были прикованы взгляды всего Кузбасса.
По данным Следственного комитета и МВД, тело девочки нашли со следами насильственной смерти. По подозрению в убийстве задержан местный житель. Следствие считает, что после преступления он попытался скрыть следы и поджечь тело. По версии следователей, к убийству причастен 54-летний ранее судимый мужчина, который месяц назад вышел из тюрьмы, проведя за решёткой последние 20 лет за разбой, убийство и изнасилование несовершеннолетнего.
Человек, сотворивший такое, по сведениям редакции VSE42.RU из собственных источников, настоящее чудовище, как из страшной сказки – зверь, которого последние 20 лет держали взаперти за самые жуткие преступления. И стоило ему только выйти на свободу – сразу же жертва. Случайный на глаза попавшийся ребенок.
И здесь уже возникает вопрос к правосудию – а может быть, и не стоит выпускать на свободу людей, которые все эти 20 лет спят и видят, как дотянутся своими лапами до хрупкой детской жизни? Но и этот вопрос избитый. Он возникает перед кузбассовцами каждый раз, когда случается очередное жестокое преступление. Годы идут, ничего не меняется. Только детских могил становится всё больше.
Когда возвращаемся обратно, кажется, что район снова живет своей обычной жизнью. Трамвай звенит на повороте. У магазина появляются новые покупатели. Возле одного из домов женщина берет сына за руку.
– Мам, я сам.
– Нет, пойдем вместе.
До магазина – меньше минуты пешком. Но жители района теперь боятся отпускать своих детей, потому что вмиг поняли, что яркий солнечный свет – не спасение. И людное место – не спасение, и даже вблизи дома, оказывается, становится опасно. И тревожно вглядываются в лица соседей и приезжих, потому что не знают, не скрывается ли за маской обычного усталого работяги очередное чудовище.