Спустя 82 года после освобождения из концлагеря жительница Петрозаводска Клавдия Нюппиева ищет сестру, следы которой потерялись в послевоенной разрухе.
Как рассказала КП-Новосибирск Клавдия Нюппиева, тот самый концлагерь в Петрозаводске, куда она с сестрами попала ребенком, действовал до 28 июня 1944 года. Девочка вместе с сестрами даже попала на снимок военкора Галины Санько – фотографию истощенных детей за решеткой использовали на Нюрнбергском процессе как доказательство зверств финнов, оккупировавших в Карелию в годы Великой Отечественной.
Сейчас Клавдия Нюппиева – кандидат биологических наук, пенсионерка и почетный житель Петрозаводска, но в концлагерь шестилетняя Клава вместе семьей попала в 1941 году. Отец был на войне, а детей и их мать финские оккупанты вывезли в концлагерь, бросили в холодный барак. Там не было даже кроватей, семья ютилась в комнатушке площадью метров 9, при этом семья была большая – мать и шестеро дочерей, самой младшей, малышке Эле, было всего девять месяцев от роду. Мать же пробыла с девочками мало: не выдержало душевное здоровье, и финны отправили женщину в психиатрическую больницу.
Маленькие дети остались выживать самостоятельно в нечеловеческих условиях. Старшая, 12-летняя Тося, наравне со взрослыми работала в мастерской, и за это получала ложку растительного масла раз в неделю. Узники в концлагере умирали от многочисленных инфекций и от голода, и шестеро маленьких сестер выживали, как умели – жарили на голой плите лепешки из муки, делили одну пару обуви на несколько человек, сами себе из простыни шили сарафаны. Иногда от голода тайком совершали "набеги" на окрестные поля. Один из таких походов на гороховое поле чуть не кончился трагедией.
– Мы пробрались на волю, но никакого гороха не нашли и уже в сумерках возвращались в лагерь. Если не вернёшься – накажут других, тех, кто остался. И нас с вышки заметил часовой, стал стрелять. Попал мне в область бедра, пуля вырвала кусок мяса. А были случаи, когда и убивали, – вспоминает Клавдия Нюппиева.
После освобождения из концлагеря старшие девочки, Мария и Антонина, отправились воевать – уехали на Дальний Восток, где Советская армия противостояла Японии. Обе девушки вернулись живыми. Клавдия, Антонина, Раиса и маленькая Эля остались беспризорницами.
Дети сами пришли в приёмник-распределитель, и на этом моменте их судьбы разошлись. Маленькую Элю Соболеву не могли оставить с более старшими сестрами, её оформили в Дом малютки. На этом связь с ней оборвалась.
Когда выросла, Клавдия начала искать малышку-сестру, поиски начались ещё в 60-х годах и не прекращаются до сих пор. Обращение в СМИ, в архивы МВД ничего не дали – след Эли затерялся, данных о ней в архивах МВД нет. Где теперь находится уже постаревшая Эльвира Александровна Соболева, родные не знают, но предполагают, что девочку могли усыновить, сменить имя и фамилию. Родные надеются, что хотя бы день рождения, 15 сентября 1941 года, новые родители менять девочке не стали, и сама Эля, или те, кто знает её, все же откликнутся и найдут их.