Дом горит, никто не видит: как мать с двумя детьми осталась на улице

 2734 
28 Сентября 2015, 13:20

Противно моросит дождь. Его холодные, мелкие капли иголками колют кожу, предательски закрадываются под воротник и всячески заставляют чувствовать себя неуютно. Вокруг – торжество недавно разыгравшейся трагедии: выжженное пепелище, грязные мешки с мусором, обгорелые головешки, когда-то бывшие забором. Женщина с туго стянутым пучком волос на затылке, в рабочей куртке, которая на несколько размеров больше её, помогает двум мужикам выгружать из грузовика длинные деревянные плахи. Плахи издают глухой, почти утробный звук, плюхаясь на отсыревшую от недельной промозглости землю. Женщину зовут Елена Трофимова, и недавно она потеряла всё.

Это случилось две недели назад, когда Елена была на работе. Её восьмилетний сын, Марк, пришёл домой со школы раньше обычного, пообедал, собрался на тренировку, как вдруг почуял что-то неладное. Во дворе горел стог сена. Он тут же позвонил маме, а она, в свою очередь, сказала Марку бежать из дома. В итоге мальчик оказался на улице в чём был, с рюкзаком за спиной, и начал звать на помощь. Пожарные приехали оперативно, но огонь действовал быстрее и проворнее: спасти не удалось ничего.

Сейчас Марк рядом, задумчиво бродит по развалинам дома, заглядывает в пустые глазницы окон, как будто надеется там высмотреть нечто, недоступное взгляду взрослого. Он почти не говорит, хотя раньше, по словам Елены, всё время о чём-то рассказывал.

Помимо Марка, у Елены есть Ева, ей три года, теперь она постоянно плачет. Воспитатели в детском саду рассказывают, что первые дни после пожара она приходила в садик, раскладывала вещи, которые приносила с собой, и рыдала чуть ли не навзрыд, что у неё ничего нет, всё сгорело.

– Дети очень сильно переживают, – спрятавшись от дождя в воротник по самый нос, тихо говорит Елена.

– А вы уже вроде бы спокойно реагируете на всё происходящее, – неуверенно то ли спрашиваю, то ли утверждаю я.

– Я на успокоительных, – грустно улыбается женщина. – На самом деле только сейчас приходит осознание того, что мы всё потеряли. И временами такая злоба накатывает!

Злоба накатывает неспроста. У семьи из двух женщин и двух детей до сих пор нет справки о пожаре, потому что подозревают поджог и пытаются найти виновного. И, как это часто бывает в таких случаях, никто ничего не видел и никто ничего не слышал, словно в фильме "See No Evil, Hear No Evil". Следователи считают, что этому есть лишь одно логическое объяснение: дом поджёг кто-то из местных, тот, чьё лицо уже примелькалось, иначе бы "чужака" быстро вычислили.

– Обидно вдвойне, что это сделал человек, который живёт где-то рядом. И, возможно, он постоянно ходит мимо, смотрит на то, что натворил, – сокрушается Елена. – И что самое печальное, реально оценивая ситуацию, я понимаю, что никого не найдут и никого не накажут.

Сложно поверить, что в начале сентября на месте, где сегодня не осталось камня на камне, стоял статный и аккуратный двухэтажный дом. "Дом мечты", как его называла Елена и её мама. Своими силами они превратили его в настоящий коттедж: изначально на участке было лишь небольшое строение пятьдесят шесть квадратов, но позже к нему пристроили ещё шестьдесят пять квадратов, а год назад сделали мансардную крышу, под которой укрылись три комнаты и небольшой холл. Там хотели оборудовать спальни для детей, но у судьбы на этот счёт имелись другие планы.

В итоге весь "дом мечты" уместился в шесть КАМАЗов – именно столько мусора вывезли с пепелища. Не осталось ничего: Елена говорит, что даже металлический холодильник с трудом узнавался по каркасу, – настолько сильно бушевал огонь.

– У меня мама очень сильно больна: сахарный диабет, она инсулинозависимая. У неё проблемы с сердцем и бронхиальная астма. И когда мы отправили её отсюда на "скорой помощи" в больницу, я очень просила, чтобы она держалась и не оставляла меня, потому что одна я не справлюсь. Первые несколько дней я поддерживала маму, поэтому мне плакать было нельзя. Ну, а теперь уже она меня успокаивает, что мы всё восстановим и будет ещё лучше. Но мне не хочется лучше, мне хочется, чтобы было так, как было!

Сейчас Елене, её маме, Марку и Еве, по сути, негде жить, ведь этот дом – их единственный и последний оплот. Поэтому они активно его восстанавливают, а ночуют в летнем домике у соседа, который их пустил туда пожить, пока ситуация более-менее не прояснится. Там холодно, но есть небольшая печка. И самое главное, есть место, где можно спать и готовить еду.

Казалось бы, все круги ада пройдены, а самое страшное – позади, но не тут-то было. В огне сгинули все документы, и теперь Елену с детьми не пускают ни в одну общественную организацию: ведь человек без паспорта и не человек, считай! А паспорт обещают восстановить только в октябре, до тех пор приходится крутиться, как хочешь. В городской администрации произошедшую ситуацию выслушали, ответственно заявили, что в скором времени женщине позвонит специалист, и всё. Специалист до сих пор не позвонил.

Правда, в администрации Рудничного района проявили больше понимания: выделили десять тысяч рублей. Именно на эти деньги Елена наняла рабочих, которые хотя бы очистят стены от копоти и частично восстановят их, и купила тяжёлые необрезные плахи, которые сейчас с таким остервенением швыряют на сырую землю мужики, мокрые от дождя и пота.

Помимо этого, помощь предложили в "Центре семьи" – временное жильё для детей в "Маленьком принце". Это интернат, и детей туда женщина отдавать не хочет.

На этом помощь от различных инстанций пока что закончилась. Однако есть и неравнодушные люди, начавшие помогать сразу же, как случилось горе.

– Я вообще поражена, насколько сильным может быть контраст между людьми: теми, кто поджёг, и теми, кто помогает. В пятницу мы ещё не успели потушить дом, а соседи уже начали приносить детям одежду и обувь. В субботу всё утро продолжали тушить, нам приносили продукты и прям заставляли кушать, – впервые за всю нашу беседу по-доброму улыбается Елена. – К тому же очень сильно помогают с работы. Я работаю инженером-технологом в "Токеме", и оттуда присылали добровольцев, которые помогали разгребать завалы.

Как говорится, "с миру по нитке – голому рубаха". Семья принимает помощь в любом виде: одежда, книги, строительные материалы. Последнее – особенно, потому что женщина хочет успеть восстановить хотя бы часть дома до зимы. Если нет возможности встретиться лично, можно сделать перевод на банковскую карту. Кстати, многие из тех, кто "кидает" деньги на карту, даже не представляются.

– Я очень благодарна всем, кто участвует в нашей судьбе. Нам уже семь тысяч перевели в общей сложности! Оказывается, в мире очень много добрых и отзывчивых людей. Нам говорят, что всё наладится, желают не замыкаться в себе и не озлобиться на окружающих. Надеюсь, всё так и будет.

Семье можете помочь и вы! Для того, чтобы узнать подробности, свяжитесь с Еленой: либо написав в социальной сети "ВКонтакте", либо позвонив по номеру телефона – +7(908)955-65-77.

Номер карты "Сбербанка", на которую можно перевести денежные средства: 676196000434824844.

Фото: Александр Патрин

Журналист: Максим Полюдов
дети дом огонь погорельцы пожар помощь социалка
Расскажи друзьям

Соц.сети