Как разорить конкурента с помощью Следкома?

 1859 
13 Сентября 2017, 13:02

Казалось бы, рейдерские захваты стали частью недавней, но все-таки истории. Однако это правда лишь отчасти. Неспокойные 90-е закончились, и одни методы отъема бизнеса сменили другие. Так в Кемерове развернулась патентная война между бывшими партнерами, в которую, судя по всему, оказался вовлечен следственный комитет. В ситуации разбирался корреспондент VSE42.Ru.

Не поделили…

Россия – страна темная. В прямом смысле – долгая и темная зима, долгие сумерки. Людям нужен свет. Поэтому спрос на осветительное оборудование стабильно высокий. В Кемерове работали предприятия по созданию таких приборов. О предприятиях, производящих светильники и пойдет речь в этой статье.

В 2002 году было зарегистрировано ООО "КемЗМОО" (Кемеровский завод мощного осветительного оборудования). Учредителями тогда стали Виктор Новоселов и Олег Рудаков. Доли распределили поровну. Предприятие проектировало и производило осветительное оборудование. Причем по собственным проектам и патентам – пригодился опыт и образование Новоселова. В 90-е он работал коммерческим директором в специальном конструкторско-технологическом бюро треста "Электросибмонтаж". Занимался проектированием, производством и сбытом осветительной техники.

Партнеры условились, что директором предприятия будет также Новоселов. Предприятие работало, оборудование продавалось. Под руководством директора Новоселова разработали светильники нескольких моделей, название которых что-то скажет лишь специалистам. Тем не менее, приведем их: РКУ, ГКУ, ЖКУ серий 01, 02, 12.

Несмотря на то, что производство находилось в хорошем экономическом состоянии, вскоре на нем произошло несколько неприятных событий, в том числе подделка подписей и подлог документов. Все это привело к разладу между собственниками и последовавшим судебным тяжбам.

Восемь относительно честных способов отъема предприятия

Во время анализа ситуации вокруг "КемЗМОО" невольно возникла нехитрая, давно опробованная схема выдавливания одного из собственников. Вот основные ее пункты:

– введите в предприятие своих людей;

– спровоцируйте конфликт;

– подделайте подписи;

– присвойте платежные документы;

– выйдите из состава участников;

– заставьте конкурента терять время;

– присвойте патенты и название предприятия;

– начните зарабатывать, пока партнер/конкурент пытается встать на ноги.

Это если кратко. Теперь разберем ситуацию на конкретном примере.

В 2004 году Олег Рудаков договорился с Виктором Новоселовым о трудоустройстве на предприятие своего родного брата Валентина Рудакова, который в тот момент был безработным.

После этого для Новоселова настали черные дни. Сначала между собственниками произошел конфликт. Как он утверждает, "из-за нежелания Рудакова развивать предприятие".

Скоро конфликт вылился в подделку подписи банковских документов. По показаниям Новоселова, представленных суду, кто-то подделал его подпись и передал два платежных поручения в банк. Важная деталь – обязанности главного бухгалтера исполняла супруга Рудакова. Была ли она замешана – не ясно. Однако, как правило, в распоряжении бухгалтерии есть учредительные документы и трудовые книжки сотрудников с образцами подписей. Включая и директора. И еще один пикантный момент. Платежные поручения в банк привез Олег Рудаков. В этой связи вопрос о том, кто является автором подделки должен особенно заинтересовать, например, правоохранительные органы. Но… не заинтересовал.

После того, как вскрылась эта махинация, Новоселов потребовал от Рудакова вернуть бумаги в офис, на что партнер, как утверждает Новоселов, написал заявление о выходе из состава учредителей. И, уходя, забрал с собой проектную документацию и заказчиков. Пока Новоселов восстанавливал потерянные документы, отделившийся Рудаков регистрирует новое предприятие с почти тем же названием – ООО "КЕМЗМОО", помимо регистра букв в наименовании новое юрлицо-двойник имело другой ИНН и другого директора. На этом различия заканчивались.

Пока Новоселов был выключен из борьбы, новый завод "Мощного осветительного оборудования" наладил выпуск светильников по патентам и технологиям, которые были наработаны во время совместной работы в старом "КемЗМОО".

Лучшая защита – нападение

После того, как Новоселов потерял партнера, он организовал новое юрлицо – ООО "Кемеровский завод "Луч" и передал патенты этому заводу.

– Это было сделано, чтобы не прерывать производственный процесс, – поясняет Новоселов.

Рудаковы предвидели, что соавтор изобретения, которого они оставили не у дел, рано или поздно постарается отнять у них право использовать технические решения, принадлежавшие старому ООО "КемЗМОО". Поэтому предприимчивые братья, контакты которых были указаны в Роспатенте, не стали продлевать действие патента. Стоит отметить, что ежегодно ведомство обращается к владельцам патентов за подтверждением. Если его не происходит, патент приобретает статус открытого. Рудаковы дождались этого момента, оформили конструкторские решения на полезные модели, разработанные еще совместно с Новоселовым, и получили на них патенты. То есть были патенты на изобретение (собственность на которые могла стать предметом спора в суде между Рудаковым и Новоселовым), теперь появились патенты на полезную модель, которые принадлежат тем же Рудаковым абсолютно легально.

После этого Новоселову пришлось пройти проторенным Рудаковыми путем: внести изменения в конструкцию оригинального изделия и запатентовать четыре полезные модели – уже на себя. Таким образом, в декабре 2009 года после публикации патентов на полезные модели Рудакова, Новоселов получил право производить светильники похожие на те, что выпускались на ООО "КемЗМОО", но с новыми конструкторскими решениями. То есть было, по сути, изобретение (одна штука), а стали полезные модели – две штуки. И оба, получается, равнозначны: что у Рудаковых, что у Новоселова.

Стоит объяснить, что полезная модель – это техническое решение, относящееся к устройству. Оно может использовать уникальное запатентованное изобретение, но при этом отличаться от оригинала рядом существенных (или не очень) моментов. На полезные модели также выдаются патенты, их регистрируют, и они становятся интеллектуальной собственностью. В любом случае, прерогатива определять может ли быть какое-то изделие "полезной моделью" остается за представителями Роспатента, а не, например, за директором соседнего завода, начальника следственного управления СК или полиции. При этом Роспатент может как выдать патент на ту же полезную модель, так и отозвать его.

Черный пиар

Судя по всему, Рудаковы решили полностью выбить из бизнеса своего конкурента. Немедленно на "Луч" посыпались и обвинения, и исковые заявления, якобы завод Новоселова использует технические решения, которые охраняет патент Рудаковых. И это при том, что Роспатент подтвердил право Новоселова выпускать светильники с измененной конструкцией. В рамках судебных тяжб суд назначает экспертизы, из трех экспертиз две – в пользу "Луча". Как следствие, патенты Новоселова остаются в силе. После этого Рудаковы вновь идут в суд, подав апелляцию, однако и ее суд отклоняет.

Понимая, видимо, что патент Новоселова обойти не удастся, Рудаковы изменили тактику.

В 2017 году "КЕМЗМОО" против завода "Луч" развернули, видимо, новый фронт. На этот раз в дело вступил черный пиар. Сайт "КЕМЗМОО" превратился в "новостной портал". Добрую половину пространства на главной странице занимают исполненные в лучших традициях веб-дизайна конца 90-х предостережения с обвинениями в адрес завода "Луч".

Из этих сообщений и вырисовывается новая тактика бывших партнеров Новоселова. Теперь "КЕМЗМОО", как представляется, убеждает клиентов в том, что завод "Луч" выпускает контрафактную продукцию. На то, что только "КЕМЗМОО" выпускает оригинальные приборы, судя по всему, намекают и скан-копии патентов, размещенные сразу в нескольких разделах, и то, что половина кнопок в меню сайта посвящена патентам и товарным знакам "КЕМЗМОО".

На видном месте висит новость "Возбуждено уголовное дело в отношении директора ООО "Луч" по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.147 УК РФ (нарушение изобретательских и патентных прав)". По ссылке размещена хроника судебных споров, разрешенных в пользу Рудаковых. Есть и сообщение об уничтожении светильников производства "Луч".

Как подвести бизнес под уголовку?

В апреле 2017 года следователь по особо важным делам майор Анастасия Иванникова возбудила уголовное дело по факту использования полезной модели Рудакова предприятием Новоселова. Следователь изъяла на заводе "Луч" 35 светильников. Их общая стоимость – 182 875 рублей. При этом следователь Иванникова отказалась принимать во внимание и приобщать к делу патент, который подтверждает, что в светильниках "Луча" использованы собственные технические решения. Получается, что документ, выданный Роспатентом, следователю просто неинтересен.

Таким образом для Новоселова проблема из суда общей юрисдикции перекочевала в следственный комитет, из гражданско-правовой сферы – в исключительно уголовную.

А PR-кампания против "Луча" активно продолжается. Партнеры Новоселова получают письма с извещением о том, что "Луч" торгует контрафактом. Например, строго следующие букве закона представители ФСИН тут же отказываются от услуг "Луча". Что, по большому счету, в свете проводимой кампании по дискредитации вполне объяснимо.

Стоит отметить, что патентные споры, подобные конфликту Новоселова и Рудаковых относятся к категории гражданских. То есть разбирательство по закону Российской Федерации должно рассматриваться в мировом суде или в арбитраже. Но этот факт почему-то игнорирует правоохранительная система Кемерова. Следком возбудил уголовное дело против директора "Кемеровского завода "Луч".

О причинах, позволивших следователю "забыть", что у Новоселова есть патенты "не хуже", чем у Рудаковых, остается только гадать. Как о самих причинах, так и об их размере.

Бутафорский эксперт?

Но вернемся к формальной стороне возбужденного дела. В подобных ситуациях на первый план выступает фигура эксперта, который в состоянии давать обоснованную техническую оценку спорному вопросу. Закон четко определяет, кто уполномочен проводить техническую экспертизу. Тем любопытнее фигура эксперта Антона Проценко, которого назначила в качестве эксперта по делу следователь Иванникова.

Антон Проценко преподает "управление интеллектуальной собственностью" студентам химического факультета в Кемеровском государственном университете. Но, согласно букве закона, этого недостаточно, чтобы давать экспертизу по уголовным делам.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, ссылаясь на ст. 195 УПК, что экспертизу должен проводить сотрудник государственных судебно-экспертных учреждений или лица, обладающие специальными знаниями. Проценко, судя по всему, не является сотрудником уполномоченного учреждения – он работает в КемГУ.

К категории лиц, обладающих специальными знаниями, Антона Проценко, как видится, тоже отнести нельзя, так как он, насколько известно, не получил лицензии экспертно-квалификационной комиссии.

Еще один штрих к профессиональному портрету эксперта Проценко – на все процессы эксперт приходит вместе с представителями Рудаковых, во всех своих заключениях встает на сторону Рудаковых. Почему? Либо эксперт ангажирован, либо налицо невероятное совпадение.

Учитывая это, становится ясно, почему Анастасия Иванникова привлекла к расследованию "удобного" и, судя по всему, ангажированного Рудаковыми эксперта. На столь смелое предположение подталкивает тот факт, что ранее именно к Проценко братья обращались для оценки в гражданском судопроизводстве против Новоселова, которое с треском проиграли, а суд закрепил примат патентов Новоселова.

В июне 2017 Иванникова ушла в отпуск. Во время ее отсутствия руководитель майора Иванниковой Евгения Евтушенко вызвала Новоселова в СК для ознакомления с экспертом, назначенным следствием. Новоселов заявил о том, что будет оспаривать кандидатуру Проценко по причине некомпетентности. Сразу после этого было подготовлено два ходатайства: об отводе и о включении в список вопросов еще трех. Ходатайства были направлены в СК курьером и переданы следствию – в подтверждение этого имеются подпись начальника канцелярии следкома Заводского района Кемерова и печать учреждения.

Но следователь Иванникова заявила, что не получала ходатайства, а Проценко назначен экспертом.

Ловушка для следователя

Однако следователь, которая ведет это дело, попала, как видится, в неприятную ситуацию. Причем по собственной инициативе. Подобные дела не должны становиться предметом уголовного производства, ведь они могут стать инструментом воздействия силовиков и недобросовестных конкурентов на бизнес. Более того, подобное совпадение интересов конкурентов и следователя – серьезный повод для повышенного интереса структур собственной безопасности в том же СК.

Майор Иванникова, наверняка понимает, что ситуация может развернуться, как говорится, на 360 градусов. И уже сам следователь может стать фигурантом уголовного дела. В том случае, разумеется, если будут доказаны нарушения с его стороны, а ущерб превысит 2 миллиона рублей.

Учитывая, что "Луч" в настоящее время лишился заказчиков из-за возбужденного уголовного дела и пиар-кампании, пугающей контрагентов этим фактом, а следствие, по оценке Новоселова, уже причинило ущерб почти на 200 тысяч, изъяв 35 светильников, – доказать крупный ущерб вполне реально.

В таком случае логика следователя, как видится, ясна: привлечь эксперта "со сложившимся мнением", который вынесет ожидаемое решение. После этого дело будет передано в суд и перестанет быть головной болью следователя. Суд выносит приговор Новоселову – и делу конец. Если же суд не выявит в действиях директора "Луча" состава преступления, то следователь все равно не в накладе – эксперта привлек, расследование провел, требования закона выполнил.

Но это лишь формальная сторона дела. А фактически реальность, возникшая в стенах СК, не может не удивлять даже далеких от правосудия и следствия людей.

Например, почему вдруг следователь заинтересовался производством светильников, защищенных патентами на полезную модель, имеющимися у Новоселова? Ведь доказать нарушение патентного права можно очень просто. Достаточно обратиться в Роспатент, убедить его специалистов, что Новоселов неправильно получил патенты, как следствие, отозвать эти патенты. А потом уже немного подождать. Если "Луч" остановит производство светильников, значит он молодец – закон соблюдает. Если будет производить и дальше – наказать по всей строгости закона с привлечением следователя Иванниковой и эксперта Проценко.

Почему же такой простой способ не увидели братья Рудаковы? Ответ напрашивается сам собой: гражданские иски были проиграны. Соответственно, остался только один способ – подвести Новоселова под уголовку. Осталось только найти подходящего для этого сотрудника СК.

Фото: VSE42.Ru)google.com

Соц.сети